ПЕТР АФОНСКИЙ - Августин Соколовски

25 (12) июня Православная Церковь чтит память преподобного Петра Афонского. В силу сходства аскетического подвига празднование в честь святого Петра совершается в один день с преподобным Онуфрием Великим. В богослужебных книгах святым посвящена совместная служба.

В христианской истории Антоний Великий (251–356) считается основателем монашества, а Павел Фивейский (227–341) – первым монахом отшельником. Антоний был моложе Павла примерно на двадцать лет. Оба жили в четвертом веке в Египте.

В монашеской истории Афона также было два основателя. Это Афанасий Афонский (920–1003) и Петр Афонский (650–734). Петр был одиноким отшельником, а Афанасий создал самый известный и первенствующий монастырь Афона – Великую Лавру. Разница в хронологии между двумя подвижниками примерно в три столетия. Афанасий жил на рубеже первого и второго тысячелетия, а Петр в эпоху первоначального распространения ислама в седьмом-восьмом веке.

Святитель Григорий Палама (1296–1359) посвятил святому Петру особое похвальное слово. Это было первое литературное произведение Григория. К тому времени, в тридцатые годы четырнадцатого века, почитание святого Петра на Афоне переживало упадок. Именно слово Григория Паламы положило начало его возрождению.

«Несправедливо, думается мне, что у нас ревностно прославляются те, кто совершил нечто, достойное памяти в иных краях земли. А вот образцом всяческого блага, который имеем у себя дома, я разумею жизнь Петра, мы пренебрегаем», - начинал свое Слово святитель Григорий Палама. Аскет и учитель, которого Православная Церковь считает равным древним Отцам Церкви, Григорий выступал защитником афонских подвижников, молитвенный опыт которых подвергали сомнению православные рационалисты того времени. Святой Петр, отшельник и безмолвник, то есть дословно с греческого «исихаст», стал для него прототипом, первообразом того, чем жили и спасались современные Григорию монахи Афона, которых он защищал от нападок. Так, благодаря Григорию, из местночтимого святого Петр становился общецерковным и вселенским.

Наиболее древним источником сведений о Петре является богослужебный канон, написанный святым Иосифом Песнописцем (816–886). В каноне говорится, что Петр долгое время пребывал в безмолвии на Святой Горе, мощи его первоначально были сокрыты от мира, а по своем обретении производили исцеления.

Житие святого и афонские предания говорят, что некогда Петр был солдатом в составе византийских армий и попал в плен к мусульманам арабам. Освободиться из плена можно было только за выкуп, а платить за Петра было некому. В отчаянии он спрашивал себя за что ему такая беда, и вдруг вспомнил, что некогда в благочестивом порыве дал обет Богу посвятить себя монашеской жизни, но не исполнил. Получив чудесное освобождение по молитвам святого Николая Чудотворца и Симеона Богоприимца, которые явились ему в видении, Петр дал, таким образом, новое обещание Богу.

Византийская Империя того времени погружалась в ересь иконоборчества. Монахи спасались на Святых Горах, которых в те времена было три, и все они находились в Малой Азии, Анатолии. Эти монастыри служили убежищем от иконоборцев, но подвергались набегам тех же самых мусульманских завоевателей, из плена которых Петр едва избавился. Чтобы избежать встречи с ними, он направился не в Азию, но в Европу и пророчески избрал Афон. Он жил в полном уединении более пятидесяти лет, в редчайшем и сложнейшем подвиге «травоядного святого», то есть, подобно Иоанну Крестителю и Марии Египетской, питался только тем, что само росло в природе. Даже одежды на нем истлели. Избрание Афона оказалось пророческим. Ведь именно ему вскоре было суждено стать четвертой Святой Горой Византийского монашества, которая единственная сохранилась, остальные же прекратили свое существование из-за катаклизмов истории.

Русская монашеская традиция сохранила практику двух постригов, в малую и великую схиму, когда обеты и пострижение в монашество как бы повторяются, то есть приносятся заново, чтобы стать более строгими. Подобно библейским пророкам, которые по повелению Бога, совершали определенные действия, чтобы обозначить будущие события, житие святого Петра Афонского дает поучительное образное разъяснение такой священной практики двух постригов. Благодаря другому великому подвижнику и учителю, преподобному Феодору Студиту (759–826), жившему столетие спустя после описываемых событий, который настаивал, что постриг может быть только один и единственный, в греческой традиции практика двух пострижений была выведена из употребления. Сохранилась она в Русском Православии.

Нам же с вами, смиренным мирянам, житие святого Петра напоминает о том, что Бог всегда принимает покаяние христианина, а когда мы вновь согрешаем, нужно буквально бежать в храм на исповедь и возвращаться к Богу пусть и повторно, снова и снова, по слову псалмов, «как олень на источники водные» (Псалом 41:2).