Samedi Radieux, par père Augustin Sokolovski

Samedi Radieux, par père Augustin Sokolovski

1, Dans l'Église orthodoxe, le Samedi Radieux clôt un cycle particulier de liturgies qui composent la Semaine de Pâques. Les huit jours de la semaine de Pâques laissent place à l'Antipâque, nom grec donné au dimanche de l'apôtre Thomas. Ces huit jours, l’octave sacrée, selon la conception symbolique de l'Église en matière de liturgie, représentent un seul et unique dimanche pascal solennel.

2, Cette longue et interminable journée unique de la Semaine de Pâques a pour but de permettre aux croyants de prendre conscience, autant que cela est possible, de ce que sera l'éternité pour l'homme sauvé. L'éternité ne sera ni statique ni monotone, elle sera extrêmement variée et joyeuse, tout comme chaque jour de la Semaine Sainte proposait, lors de la liturgie, différentes lectures des Écritures, et les textes liturgiques étaient chantés selon différents tons liturgiques, les chants, habituellement répartis sur plusieurs semaines, se succédant à une vitesse fulgurante.

3, Les offices de la Semaine Radieuse plongent les fidèles dans la réalité de ce que la théologie appelle la «lecture pascale». Dans la lecture pascale, les événements de la vie terrestre du Seigneur Jésus qui ont précédé la Croix et la Résurrection sont interprétés comme s’ils avaient eu lieu après la Résurrection de Jésus d’entre les morts. Les paroles et les actes de Jésus deviennent les manifestations du Ressuscité. Ils deviennent la manifestation du Règne, de la Puissance et de la Gloire propres au temps messianique, qui se manifesteront dans leur plénitude définitive et parfaite dans le siècle à venir.

4, Les événements de la vie terrestre de Jésus, en dehors de la lecture pascale, inspirent souvent de la tristesse à ceux qui écoutent la Parole de Dieu. Ainsi, Jean-Baptiste, dont le récit de la conversation avec ses disciples est lu le Samedi Radieux, a prêché assez longtemps, mais n’a guère eu l’occasion de s’entretenir en détail avec Jésus sur les mystères du salut. Il fut son prédécesseur, son précurseur, mais il ne put devenir son disciple, non seulement en raison de la différence de vocation et de la prédestination de son ministère, mais aussi en raison de circonstances insurmontables, comme s'il avait manqué le Seigneur dans l'espace et le temps.

5, La réalité de la lecture pascale permet de créer une superposition entre deux temps, le temps chronologique et le temps messianique, qui engendre une diachronie salvatrice. C'est précisément dans ce contexte que l'Évangile se transforme en récit du Christ ressuscité. L'Évangile selon Jean se prête le mieux à une telle lecture, et c'est pourquoi c'est précisément celui-ci qui est lu par l'Église orthodoxe pendant la période allant de Pâques à la Pentecôte.

6, Le samedi de Pâques, lors de la liturgie, on lit le onzième péricope de l’Évangile selon saint Jean, chapitre 3, versets 22 à 33, qui rapporte la conversation entre Jean-Baptiste et ceux qui étaient venus le voir au sujet de Jésus. « Ils vinrent trouver Jean et lui dirent : “Rabbi, celui qui était avec toi au Jourdain, celui dont tu as rendu témoignage, voilà qu’il baptise, et tous vont à lui” » (3, 25). En réponse à cette question empreinte de perplexité, Jean proclame ouvertement que Jésus est le Messie, celui qui est véritablement venu dans le monde. Jean témoigne de sa joie, qui est à la fois la joie du monde entier et celle de l’Église à naître. « L’ami de l’époux, qui se tient là et l’écoute, se réjouit de joie en entendant la voix de l’époux. Ma joie est maintenant comblée » (3,29). C’est la plénitude de Pâques, c’est un exemple de lecture pascale.

7, Les chrétiens doivent apprendre à transposer l'expérience des récits bibliques, à la lumière de la lecture pascale, dans leur perception du quotidien en particulier et de la réalité en général. Ils doivent apprendre à lire le monde à travers le prisme de Pâques, à se doter, sinon de lunettes roses, du moins de lunettes écarlates, rouges comme la couleur de Pâques, à l'image des vêtements liturgiques de notre culte orthodoxe.

8, Les grands Pères de l’Église, et en particulier les ermites et les ascètes, ont développé en eux, par la force de la grâce, la capacité de voir en toute chose la Lumière du Ressuscité. Ils fuyaient les démons, les hommes malveillants, eux-mêmes et leurs propres passions. Dans toute incongruité absurde ou malveillante par rapport à l'ordre pascal des choses, ils ne voyaient qu'un phénomène éphémère, voué à disparaître rapidement, et trouvaient ainsi la paix. Selon les paroles du grand théologien, saint Grégoire Palamas (1296-1359), dans l’un de ses sermons, ils savaient passer outre le mal et eux-mêmes. Ils voyaient en toute chose la lumière de Pâques, ils percevaient, même dans l’adversité, la joie de la Résurrection, ils vivaient dans l’attente de la Seconde Venue, proche et inéluctable, qui rendra la Pâque du Christ universelle. Le Christ est ressuscité !

BRIGHT SATURDAY, Dr Augustin Sokolovski

1, In the Orthodox Church, Bright Saturday brings to a close the special cycle of services that make up Bright Week. The eight days of Easter Week give way to Antipascha, as the Sunday of the Apostle Thomas is called in Greek. These eight days, this sacred octave, according to the Church’s symbolic conception of liturgy, represent a single, solemn Paschal Sunday.

2, The long and extended single day of Bright Week is intended to allow believers to grasp, as fully as possible, what eternity will be like for the saved. Eternity will not be static and monotonous; it will be extraordinarily diverse and joyful, just as each day of Bright Week offered different readings from Scripture at the Liturgy, and the liturgical texts were performed in different liturgical tons, with hymns—usually spread out over many weeks—following one another in in rapid succession.

3, The liturgical services of Bright Week introduce the faithful to what theology calls the “Paschal reading.” In the Paschal reading, the events from the earthly life of the Lord Jesus that preceded the Cross and the Resurrection are interpreted as if they had already taken place after Jesus’ Resurrection from the dead. The words and deeds of Jesus become manifestations of the Risen One. They become a manifestation of the Kingdom, Power, and Glory inherent in the messianic age, which will be revealed in their final, perfect fullness in the age to come.

4, The events of Jesus’ earthly life, outside of the Paschal reading, often fill those who hear the Word of God with sorrow. Thus, John the Baptist, whose conversation with his disciples is read on Bright Saturday, preached for quite some time, but hardly had the opportunity to speak with Jesus in detail about the mysteries of salvation. He was His predecessor, His forerunner, but he was unable to become His disciple and follower—not only because of the difference in their callings and the predestined nature of his ministry, but also due to insurmountable circumstances, as if he had missed the Lord in space and time.

5, The reality of the Paschal reading allows for the interweaving of two times—chronological and messianic—which creates a salvific diachrony. It is precisely through this that the Gospel becomes a narrative of the Risen Christ. The Gospel of John is best suited to such a reading, and that is why it is read by the Orthodox Church during the period from Easter to Pentecost.

6, On Bright Saturday, during the Liturgy, the eleventh pericope from the Gospel of John, chapter 3, verses 22–33, is read; it recounts the conversation between John the Baptist and those who came to him regarding Jesus. “They came to John and said to him, ‘Rabbi, the one who was with you at the Jordan, the one you testified about—he is now baptizing, and everyone is going to him’” (3:25). In response to this puzzled question, John openly proclaims that Jesus is the Messiah, who has truly come into the world. John testifies to his joy, which is, at the same time, the joy of the whole world and the joy of the Church yet to be born. “The friend of the bridegroom, who stands and listens to him, rejoices with great joy when he hears the bridegroom’s voice. This is my joy, and it is now complete” (3:29). This is the fullness of Easter; this is an example of an Easter reading.

7, Christians must learn to apply the lessons of Scripture, in the light of the Easter interpretation, to their perception of everyday life in particular and reality as a whole. They must learn to view the world through the lens of Easter, acquiring—if not rose-colored glasses, then scarlet, red glasses in the color of Easter, like the vestments in our Orthodox liturgy.

8, The Great Fathers of the Church, and especially the desert fathers and ascetics, through the power of grace, cultivated within themselves the ability to see the Light of the Risen One in all things. They avoided demons, evil people, themselves, and their own passions. In every absurd or evil discrepancy from the Paschal order of things, they saw only a fleeting, soon-to-vanish phenomenon, and thus found peace. In the words of the great theologian, Saint Gregory Palamas (1296–1359), in one of his sermons, they knew how to rise above evil and their own selves. They saw the light of Easter in everything, realized, even in adversity, the joy of the Resurrection, and lived in anticipation of the imminent and inevitable Second Coming, which will make Christ’s Easter all-encompassing. Christ is risen!

СВЕТЛАЯ СУББОТА, o. Августин Соколовски

1, В Православной Церкви, светлая суббота завершает собой особенный цикл богослужений, из которых состоит Светлая Седмица. Восемь дней пасхальной недели переходят в Антипасху, как по-гречески называется Неделя Апостола Фомы. Эти восемь дней, священная октава по символическому замыслу Церкви о богослужении представляют собой один единственный торжественный пасхальный воскресный день.

2, Долгий и продолжительный один единственный день Светлой Седмицы предназначен для того, чтобы верующие могли, насколько это вообще возможно, осознать, какой будет вечность для спасенного человека. Вечность не будет статичной и монотонной, она будет чрезвычайно разнообразной и радостной, подобно тому, как каждый день Светлой Седмицы предлагал на литургии разные чтения из Писания, а богослужебные тексты исполнялись на разные главы, песнопения, обычно распределяемые на многие недели, сменяли друг друга с искрометной последовательностью.

3, Богослужение Светлой Седмицы вводит верующих в реальность того, что богословие называет «пасхальным прочтением». При пасхальном прочтении события из земной жизни Господа Иисуса, которые предшествовали Кресту и Воскресению прочитываются таким образом, как если бы они имели место уже после Воскресения Иисуса из мертвых. Слова и дела Иисуса становятся явлениями Воскресшего, делаются манифестацией Царства, Силы и Славы, присущих мессианскому времени, которые в окончательной совершенной полноте проявятся в будущем веке.

4, События земной жизни Иисуса, вне пасхального прочтения, часто наполняют слушателей Слова Божия сожалением. Так Иоанн Креститель, рассказ о беседе которого с учениками прочитывается в Светлую Субботу, проповедовал достаточное время, но едва ли имел возможность беседовать с Иисусом подробно и о тайнах спасения. Он был Его предшественником, предтечей, но не смог сделаться Его учеником и последователем, причем, не только в силу различия призвания и предопределения о его служении, но и в силу непреодолимых обстоятельств, как бы разминувшись с Господом в пространстве и времени.

5, Реальность пасхального прочтения позволяет создать взаимозамещение двух времен, хронологического и мессианского, которая создает спасительную диахронию. Именно при ней Евангелие превращается в рассказ о Христе Воскресшем. Евангелие от Иоанна наиболее подходит к такому прочтению, и поэтому именно оно прочитывается Православной Церковью в период от Пасхи до Пятидесятницы.

6, В Светлую Субботу за литургией прочитывается одиннадцатое зачало Евангелия от Иоанна, глава 3, стихи 22–33, которое передает содержание беседы Иоанна Крестителя с пришедшими к нему об Иисусе. «И пришли к Иоанну и сказали ему: равви! Тот, Который был с тобою при Иордане и о Котором ты свидетельствовал, вот Он крестит, и все идут к Нему» (3, 25). В ответ на этот вопрос, содержавший недоумение, Иоанн открыто провозглашает, что Иисус – Мессия, подлинно Пришедший в мир. Иоанн свидетельствует о своей радости, которая есть, одновременно, радость всего мира и радость грядущей родиться Церкви. «Друг жениха, стоящий и внимающий ему, радостью радуется, слыша голос жениха. Сия-то радость моя исполнилась» (3,29). Это пасхальная полнота, это пример пасхального прочтения.

7, Христианам должно учиться переносить опыт примеров Писания, в свете пасхального прочтения, на восприятие повседневности в частности и реальности в целом. Должно учиться читать мир глазами Пасхи, приобрести себе если не розовые очки, то алые, красные очки цвета Пасхи, как цвет облачений в нашем православном богослужении.

8, Великие Отцы Церкви, и, в особенности, пустынники и аскеты, силой благодати, выработали в себе способность во всем видеть Свет Воскресшего. Они избегали демонов, злых людей, себя самих и собственных страстей. Во всяком нелепом или злом несоответствии пасхальному порядку вещей они видели только преходящее, скоро исчезающее явление и так обретали умиротворение. По слову великого боговидца, святого Григория Паламы (1296–1359) в одной из его проповедей, они умели проходить мимо зла и самих себя. Они видели во всем свет Пасхи, осознавали, даже в невзгодах, радость Воскресения, жили приближением скорого и неминуемого Второго Пришествия, которое сделает Пасху Христову всеобъемлющей. Христос Воскресе!